Читать онлайн "На подмостках волшебства (СИ)" автора Джейн Анна - RuLit - Страница 12. На подмостках волшебства анна джейн читать полную версию


Анна Джейн читать книги онлайн

Объявление автора

Пишется: "Небесная музыка" Выходят в печать: МП3 "На крыльях", "Красные искры света", переиздание цикла "Мой идеальный смерч" В планах: "Волшебные искры солнца" (3-я часть цикла "Мы - искры"), "Зеленый остров" (бонус по МИС), 2-ая часть КСЛ, "На подмостках волшебства".

Книги

Бесплатно

Бесплатно

Бесплатно

Цена: 179 руб

Подписка: 119 руб

Бесплатно

Бесплатно

Цена: 139 руб

Цена: 199 руб

Бесплатно

Цена: 199 руб

Бесплатно

Бесплатно

Бесплатно

Бесплатно

Бесплатно

Замороженные

litnet.com

Анна Джейн читать книги онлайн

Объявление автора

Пишется: "Небесная музыка" Выходят в печать: МП3 "На крыльях", "Красные искры света", переиздание цикла "Мой идеальный смерч" В планах: "Волшебные искры солнца" (3-я часть цикла "Мы - искры"), "Зеленый остров" (бонус по МИС), 2-ая часть КСЛ, "На подмостках волшебства".

Книги

Бесплатно

Бесплатно

Бесплатно

Цена: 179 руб

Подписка: 119 руб

Бесплатно

Бесплатно

Цена: 139 руб

Цена: 199 руб

Бесплатно

Цена: 199 руб

Бесплатно

Бесплатно

Бесплатно

Бесплатно

Бесплатно

Замороженные

litnet.com

Читать онлайн "На подмостках волшебства (СИ)" автора Джейн Анна - RuLit

   Путешествие по волшебной космической тропе продолжалось краткое мгновение и одновременно долгие часы - в компании небесных тел не было понятия времени, там не было ничего, кроме вечной игры света и безцветья и моего смеха. И я чувствовала себя не Яной Полецкой, с которой случилось невероятное, а одной из звезд или комет, которые сорвались в путешествие по своей собственной вселенной, не останавливаясь, а набирая скорость до самого предела и мчась туда, где горело мое собственное солнце, мое сердце, мой огненный цветок...

   Пробуждение было внезапным и болезненным. Я только сорвалась в собственный полет, как уже достигла конечного пункта и распахнула глаза, с трудом понимая, что нахожусь в полутьме - солнце все-таки уже закатилось, отдав бразды правления над этой частью мира, непонятного мне, тонкому насмешливому месяцу-серпу, видневшемуся сквозь все то же арчатое приоткрытое окно. В библиотеке казалось довольно прохладно, и воздух был насыщен ароматом ночных цветов. Где-то вдалеке деликатно стрекотали цикады и незатейливо, но нежно пела птаха. Наступила безмятежная летняя ночь, одна из тех, в которые я любила предаваться то размышлениям, то наивным мечтам, а чаще просто наблюдала за природой, за тем, как лилась темнота из небесного источника, как нанизывались одна за другой на нитку жемчужины-звезды, как тени играли с деревьями...

   Но сейчас все было совершенно иначе. Я моментально вспомнила, где нахожусь и что со мной произошло. Все еще сомневаясь в целостности своей психике, я не без труда приподнялась, держась рукой за голову, которая ужасно болела. В библиотеке никого не было, кроме меня, и я решила, что оставаться наедине с неизвестностью не желаю, а потому медленно, покачиваясь, пошла к запертой двери, из-под которой виднелась полоска тускло-желтого света. Я накинула сверху себя одеяло, прямо на голову, аккуратно повернула ручку и очутилась в слабо освещенном коридоре, по стенам которого были развешаны картины, а привычные электрические лампы заменяли странные факелы, вместо огней в которых виднелись золотисто-оранжевые сферы с искрами - от них исходил слабый свет. С удивлением и почему-то опаской глядя на них, я добралась до лестницы и, слыша внизу приглушенные голоса, решила спуститься на этаж ниже. Оставаться в этом огромном особняке было страшно, однако еще страшнее было одиночество. Я до сих пор не понимала - сошла ли с ума или же, действительно, оказалась в другом мире? Оба варианта мне не нравились однозначно, и я все еще в тайне надеялась, что сплю. Или, может быть, мне, правда, подсунули наркотики, и это моя долговременная реалистичная галлюцинация?

   Я беззвучно спустилась по ступеням, на которых возлежал пушистый мягкий, пожирающий шаги, ковер цвета ванильного молока с шоколадными плетеньями-узорами по краям, и оказалась на первом этаже. Пройдя по огромному полутемному помещению с высокими потолками, судя по шикарной обстановке, выполняющему функцию гостиной, я остановилась около приоткрытой двери, за которой и раздавались голоса. Наверное, этого не следовало делать, вопросы этики и все такое, но по-другому я поступить не могла - я застыла около дверей и принялась внимательно вслушиваться в разговор двух мужчин, прозванных мною ранее господами Колобком и Жердью. Первый сидел в кресле перед столиком с бутылкой непонятного мне алкоголя кофейного цвета и низким бокалом в руке, глядя в одну точку. Второй вытянулся, как струна, и возвышался над ним, опираясь на свою трость и глядя в одну точку на стене - спасибо щели между дверью и косяком, она выступила спонсором показа этой картины.

   - Быть не может, быть того не может, не может быть, - наверное, уже в сотый раз повторял Эддисон, вертя в руках свой бокал. - Плесните-ка мне еще, барон. Напоследок, - и он полубезумно захохотал, сотрясаясь всем телом.

   - Сами плесните, - отрезал господин Жердь.

   - Пороху бы я себе плеснул в висок, - соизволил сам себе налить его собеседник и залпом выпил содержимое бокала, занюхав его рукавом своей мантии, а после тоненько запел нечто заунывное и протяжное, сопровождаемое тяжкими охами и вздохами:

   - Ох, и заберут в застенки от кровищи алые.

   Ох, останутся одни жена да дети мои малые.

   Ох, несправедливость - благодетельница челяди.

   А подставили меня охранка-нелюди.

   По-видимому, это был какой-то местный фольклор.

   Господин Колобок опять налил себе в бокал, шумно шмыгнув носом-картошкой.

   - Прекратите. Держите себя в руках, - одернул его господин Жердь с некоторым отвращением. Происходящее ему совершенно не нравилось.

   - Ох, увольте, барон, - отозвался с пьяным смехом господин Колобок. - Я не высокородный лэр, знаете ли, а мелкий поместный дворянин, третий сын второго сына, которому не светило ничего. Ни-че-го! - повторил он и помахал указательным пальцем-сосиской. - На счастье, во мне обнаружились магические задатки и волею небес меня в нежном возрасте отправили обучаться в Эворскую школу прикладных магических наук, а после уже моими стараниями перевели в Королевскую академию универсальной магии имени прадеда нашего сиятельного короля, его здоровье! - приподнял мужчина бокал и продолжил свою исповедь. - Знаете, сколько я учился, почтенный мой барон? Сколько пота, слез и, не побоюсь этого сказать, крови, я пролил, чтобы попасть сначала в ряды студентов королевской академии, затем в королевскую магическую гвардию, а после и в королевский двор, в штат магов Его Величества?! Знает ли, скольких сил мне, третьесортному дворянину, стоило этого добиться?! Откуда вам знать, милый мой барон, - мужчина поцокал и перешел на иносказания. - Ваша колыбель находилась на вершине этого мира, а я карабкался по отвесным скалам... Кстати, неплохой выдержки коньяк, - постучал он пальцем по пузатой бутылке. - Откуда вам знать? - продолжал он и, утерев то ли сопли, то ли слезы, возопил. - Но теперь, после стольких лет усилий, после тяжких трудов, унижений, оскорблений, когда я все-таки добился своего, стал опекуном-магом Ее Высочества... Теперь все кончено!

   Жердь поморщился. Я вздохнула.

   - А ведь один-единственный добился столь высокого чина в своем роде! - вскричал господин Колобок. - Отец мною гордится, а все братья завидуют! Так вот, только я встал на ноги в конце своего трудного жизненного пути, чтобы пожать плоды своих усилий, какая-то капризная девчонка перечеркивает мне не только карьеру, но и жизнь! А ведь я так и не успел жениться, учтивый мой барон! Вдова господина Куртье второй раз останется вдовой, так и не приняв мое предложение! За здоровье короля! - намахнул он еще один бокал и причмокнул от удовольствия.

   - Я сказал, прекратите, - сквозь зубы процедил господин Жердь. - Ведите себя достойно.

   - Не могу, - поднял на него покрасневшие печальные глаза маг. - Я же сказал, что не высокородный лэр, чтобы держать себя в руках, как, как вы. Вас не зря называют в кулуарах дворца Железный Фредди, - захихикал Эддисон. - Вы, и правда, из железа. Но я вами восхищаюсь. Несколько лун до виселицы, можно сказать, а вы - само спокойствие. Потерять королевскую особу... Наверное, нас объявят изменниками и предателями родины и короны. Что будет с нашими ближайшими родственниками? Конфискация имущества и титулов? А потом что?! Рудники на востоке или алмазный карьер на севере? Куда отправят моих многочисленных братьев?! О, бедные мои родственники! Не хочу, чтобы с ними поступили, как с семьей предателя графа Эстенребрга! - сморкаясь в огромный белый платок, заголосил господин Колобок заплетающимся языком и опрокинул бутылку с алкоголем. Господин Жердь, презрительно морщась, выхватил ее и отправил куда-то под стол. Кажется, последние слова Эддисона его задели.

   - Никакой измены родине и короне, - проговорил он тихим, но отчетливым голосом. Глаза его яростно сверкали. Морщины, казалось, стали еще глубже, еще резче, отчего лицо мужчины стало отчаянно-яростным. - Что бы вы ни плели своим пьяным языком о многочисленной родни, мне отлично известно, что вам плевать на братьев, сестер, племянников и всех прочих. А мне не плевать, - вдруг склонился к господину Коробку господин Жердь и схватил того за грудки. - Моя дочь и мой сын не должны отправиться ни на рудники на востоке, ни на алмазный карьер на севере.

www.rulit.me

Читать онлайн "На подмостках волшебства (СИ)" автора Джейн Анна - RuLit

   - Нория Ксандра Арейн, герцогиня Асминская, урожденная Реттеркор, - занудливо дополнил барон.

   - Неважно, - отмахнулась я, подозревая себя в непоправимых изменениях психики. - Я не то, что вы сейчас назвали. Я не принцесса.

   - Эддисон, если после ваших магических манипуляций Ее Высочество тронется рассудком, - сердитым голосом сказал господин Жердь, обращаясь к напарнику, - вы понимаете, чем это грозит нам с вами? Минимум - пожизненное заключение в Песьих Застенок. А максимум... Вы знаете сами. - И он выразительно замолчал, постукивая сухими длинными пальцами по набалдашнику трости.

   - Все должно быть в порядке, - побледнел как полотно Эддисон, который в своей мантии смотрелся более чем комично. - Ваше Высочество, у вас где-то болит?

   - Нет. Но я не высочество, - упрямо повторила я, с трудом сдерживая подступающую истерику. Где-то в глубине сознания все еще теплилась надежда, что я все же сплю, а моя сон безумно реальный и красочный. А боль... Быть может, диванные пружины впиваются мне в руку, вот мне и кажется, что это я сама себя щиплю? Надо просто ущипнуть себя за другое место.

   Я ущипнула себя за щеку и вскрикнула - эффект снова был прежним. Боль не ушла. Это не сон.

   - Ваше Высочество, зачем вы это делаете?! Зачем причиняете себе боль?! - не на шутку испугался господин Коробок. Лоб его вспотел, щеки покраснели, а меленькие синие глазки испуганно бегали туда-сюда. Впрочем, господин Жердь выглядел тоже порядком встревоженным и даже расстегнул верхнюю пуговицу, словно ему стало дико душно.

   - Я проверяю, сон это или нет, - хрипло призналась я, пытаясь унять дрожь в руках. - Если это... не сон, то вы меня путаете. Понимаете? Путаете. Путаете! Путаете... - Мой голос звучал жалобно, а губы вмиг пересохли. Я машинально сделала глоток теплого ароматного чая.

   - С кем же мы можем путать вам, Ваше Высочество? - искренне удивился толстячок в балахоне и распростер руку куда-то за мою спину. - С кем я могу путать вас? - возопил он обиженно, и я, не выдержав, обернулась назад и пораженно застыла. Эмоции нахлынули на меня с такой силой, что не сиди я, а стой, они сбили бы меня с ног и уложили в нокдаун.

   Чай моментально оказался не там, где ему полагалось бы быть в эту секунду - в желудке, а на строгом старомодном костюме господина Жерди и частично на полу.

   - Кто это?! - забыв о приличиях, заорала я громко.

   - Это вы, Ваше Высочество, - сказал невозмутимо барон, доставая платок.

   За моей спиной высился огромный вычурный портрет неизвестного мне мастера в золоченной шикарной раме, который явно стоил куда больше, чем работа этого самого художника. На полотне была изображена в полный рост на сапфировом бархатном фоне молодая изящная синеглазая особа с совершенно прямой спиной и вьющимися густыми каштановыми волосами, собранными в прическу, чем-то напоминающую торжественную греческую, с элементами плетения и украшенная цветами. Платье особе было под стать прическе: прелестное, нежно-голубое, с пышной юбкой, не похожей на пирожное, но воздушной и романтической. Платье хоть и было красивым, что-то в нем было странным.

   Несоответствие моде.

   Оно напоминало нечто среднее между первым бальным нарядом Наташи Ростовой, викторианскими одеждами настоящих леди и современными вечерними платьями. К тому же от одного плеча к талии тянулась широкая алая лента с какими-то символами и словами. На тонкой талии висел тяжелый пояс с каменьями, совершенно не подходящий наряду. А в волосах сверкала самая настоящая корона: небольшая, но горделивая, то ли из платины, то ли из белого золота, на обруче которой виднелись несколько лепестков, увенчанных искрящимися камешками - они сверкали на падающем на лицо девушки свете. И это лицо... Узкое, чуть заостренное к низу, с правильными аккуратными чертами и с выражением, граничащим где-то между независимостью и высокомерием, безумно напоминало мне мое собственное. Те же синие глаза, уголки которых немного опущены вниз, тот же прямой нос с достаточно высокой переносицей, которая мне никогда не нравилась, те же брови с изломом, те же капризные губы вишенкой.

   Мое и не мое одновременно.

   Только кожа хоть и ровная, но матово-бледная, словно девушка припудрена сухим молоком, и скулы ее совсем не подчеркнуты, как привыкли это делать на обложках модных журналов, а от того лицо ее кажется кукольным. И яркие глаза с длинными черными ресницами на первый взгляд принадлежат особе гордой, требовательной, привыкшей командовать и знающей себе цену, но скрыто в них что-то смелое, задорное, даже боевое... Девушка в небесном платье на портрете не просто знает себе цену, она знает цену другим. Знает цену предателям и верным слугам, врагам и любимым, тем, кто пойдет до конца и тем, кто остановится на середине пути.

   Какие странные мысли, Боже! О чем я думаю?! Это вообще что такое? Кто эта девица в голубом платье? Что это за место? Это ведь не сон! Совсем не сон, не сон! Я сошла с ума? Это галлюцинации?

   Господин Жердь при помощи вездесущего молчаливого Ратецки оттирался от моего чая, господин Колобок всплескивал пухлыми ручками и закатывал глаза, а я смотрела на себя, забыв дышать.

   - Кто это? - прошептала я, кусая губы и сжав кулаки так, что ногти впивались в кожу.

   - Это совершенно точно вы, Ваше Высочество, - скороговоркой говорил Эддисон где-то на заднем плане. - Ох, и потрудился я, чтобы вытащить вас из другого мира. Вы так, Ваше Высочество, не делайте больше.

   Время остановилось. Воздух замер, солнце застыло, кровь в жилах стала подозрительно горячей.

   Другая я на картине насмешливо улыбалась, чуть приподняв уголки малиновых губ. Я не умела так улыбаться.

   Не обращая внимания на подозрительно покашливающего, суетящегося господина Колобка, мрачного, как сизое дождевое облако, господина Жердь и играющего в невидимку почтенно согнутого в очередном поклоне Ратецки, я не без труда встала с диванчика и крохотными шажками направилась в сторону огромного портрета самой себя. Это я? Нет же, быть не может. Не я это. Фотошоп? Розыгрыш друзей? Продолжение таинственной дурной истории с предупреждениями не общаться с кем-то там?

   Я вплотную подошла к портрету с такой знакомой незнакомкой в небесном платье и с короной и уставилась ей в глаза. Мне показалось, что ее улыбка стала чуть шире.

   - Кто ты? - прошептала я, коснулась кончиками пальцев полотна и в следующее мгновение уже прижималась щекой к паркету, позорно упав в обморок. И в голове лишь только проскочили слова, что слышала недавно я на одной из репетиции:

Мы созданы из вещества того же,

Что наши сны. И сном окружена

Вся наша маленькая жизнь...

   Пришла я в себя довольно скоро - солнце совсем чуть-чуть успело передвинуться к горизонту и все еще освещало библиотеку, играя на корешках книг. Я возлежала на все том же диванчике, с тремя подушками под головой, накрытая тонким шерстяным пледом, из-под которого высовывалась лишь моя голова да рука, пульс которой с задумчивым видом щупал господин Колобок. Рядом с ним на столике высился поднос с дымящимися чашками, от которых по всей комнате разносился лимонно-травяной аромат, щекочущий нос. Там же высилось нечто, похожее на аромолампу, от которой исходил тонкими струйками синеватый дымок. Почему-то именно глядя на него, я вдруг точно осознала, что не сплю. Это не сон во сне, это какая-то совершенно невероятная реальность.

   - В лекарской магии я не силен, но Ее Высочество должна прийти в себя, - говорил Эддисон барону.

   - Смотрю, вы ни в чем не сильны, - с недовольством произнес тот.

   - Ха! Пространственная магия - мой конек, - вскинулся господин Колобок. - Как ловко я и быстро нашел принцессу в Иномирье и выдернул обратно к нам!

   - Только принцесса не помнит, что она принцесса, - проворчал господин Жердь и, заметив, что я открыла глаза, воскликнул:

www.rulit.me


Смотрите также