Всеволод Романков: Рисовать — это значит делать открытия. Мысли на лестнице всеволод олегович


Всеволод Романков: Рисовать — это значит делать открытия

Школа № 1188 — одна из немногих в Москве, где углубленно изучают изобразительное искусство. Всеволод Романков и его ученики ежегодно принимают участие в престижных международных конкурсах, их работы переезжают с одной выставки на другую.

— Всеволод Олегович, вам, наверное, хорошо: все дети с огоньком в глазах?

— Не скажите. К нам приводят ребят с первого класса, а за них выбор делают родители. И часто рассуждают по принципу: к музыке способностей не видно, в спортшколу не берут, так может, хотя бы рисовать получится? Так что задача мотивировать стоит и перед нами. К счастью, сейчас ребята рано задумываются о будущей профессии. Если уж решили быть художниками, то и в школе будут пропадать по 12 часов, и из учителя постараются вытянуть максимум полезного. Кстати, мне довелось однажды замещать учителя в обычной районной школе. Класс встретил меня ровным гулом. Я молча нарисовал на доске мелом круг. Подозвал ученика с циркулем. Круг был идеальным. Дети воскликнули: «О -о!» (тогда еще не было «вау!»). Свои 15 минут внимания я получил, а дальше дело техники. Как говорил композитор Матвей Блантер, «главное — подтянуть девушку к роялю». В моем случае — к мольберту.

— Как вам удалось? Два года в армии крутили мясорубку?

— В армии я служил, но не поваром. А с кругом специально тренировался. Опытный учитель подсказал мне этот метод, когда я был практикантом. Кроме шуток, в Академии художеств раньше было упражнение — протирать стекло газетой. Художнику полезно «набить руку» на определенные движения.

— Вы работаете в академической манере. Ваши ученики «набивают руку» на традиционных приемах: гипсовые головы, кувшины?

— Если мы не способны донести до детей, что то, что мы любим — а я люблю реалистическое искусство, это ценно, — лучше не работать в школе. Ученики обязательно должны овладеть реалистической манерой. Это как задачки по математике для будущего конструктора или отжимания для спортсмена. Если в дальнейшем они захотят стать абстракционистами, это им не помешает. Наоборот, позволит не скатиться в безвкусицу. А чтобы не было скучно, я использую принцип сократического диалога. Задаю более сложную проблему, чем это нужно на первый взгляд. Перед тем как рисовать глаз, мы рассуждаем о сферической форме, о том, бесконечна ли поверхность… Вообще привлечение абстрактных категорий помогает. Например, мы рисуем иллюстрации к Владимиру Соловьеву.

— Тому самому? Философу конца XIX века? Неужели к трактату «Оправдание добра»?

— Не пугайтесь. К знаменитой пародии на русских символистов: «О, не дразни гиену подозренья,/ Мышей тоски!/ Не то гляди, как леопарды мщенья/ Острят клыки!..»

— В анекдоте новый русский сочувственно показывает сыну на художника: «Глянь, как нищий без фотоаппарата мучается!» Сейчас сказал бы: без планшета. Современные гаджеты мешают учиться реалистическому рисованию?

— Композиция становится более усредненной, меньше внимания к деталям и наблюдения. Меньше собственных, пусть и корявых мыслей. Видимо, это влияние картинок из ВКонтакте. Детям бывает трудно отказаться от этой манеры, переступить невидимый порог. Но кто сказал, что компьютер наш враг? Он может быть не только инструментом (скажем, для создания мультфильмов), но и… натурщиком. Чем больше современных реалий мы включаем в наши задачи, тем лучше. Будем рисовать яблоко на айпаде.

— Срисовывать логотип?

— Зачем? Художники барбизонской школы (направление французской живописи середины XIX века. — «ВМ») любили рисовать пейзаж, отраженный в черном зеркале. Айпад — такое же зеркало, которое есть у каждого в кармане. Кладем яблоко на экран и передаем его отражение в стекле... Вы не можете на каждом уроке физики открывать что-то новое. А натюрморт для каждого ребенка становится персональным открытием. Два часа назад этого букета или груши не было! Хотелось бы, чтобы люди не теряли этого ощущения чуда, тогда и мир станет прекраснее.

СПРАВКА

Всеволод Романков (1967) окончил Московский городской педагогический университет (1990). Работает в школе № 1188 со дня ее основания (1991), заместитель директора по вопросам изобразительного искусства. Член Союза художников России. Лауреат конкурса «Учитель года-1999». Отличник общего образования. Победитель конкурсов НПО «Президентский грант» и «Грант Москвы».

vm.ru

Битва бессмертных. Глуховцев Всеволод Олегович

1

Меркурьеву не нужно было ломать голову, чтобы разработать план разоблачения «казачка». Он знал свои возможности и мог использовать их сполна.

Со всеми предосторожностями их группа миновала все препятствия на пути и достигла точки. Затаились в доме напротив здания Сбербанка. Тут Проводник и развел их. Велел сидеть тихо и дожидаться его. Дескать, он все как следует проверит, а потом подаст им сигнал из здания. Пусть следят за окнами первых этажей. И тут же ретировался.

Он выскользнул из подъезда дома и двинулся в обход, имитируя вылазку к объекту. А потом рванул совсем в другую сторону — назад. Скорость он развил такую, что и пулю смог бы догнать — еще одна замечательная способность, обнаруженная недавно. Шли они до цели полчаса, а добежал он до подступов к Башне буквально за минуту. Достал рацию и связался с Романом — будто оттуда, с объекта, говорит с ним. А сам еще издалека приметил командира сталкеров на балконе с правой стороны дома. Когда тот дал отбой, Алексей метнулся за здание, обежал его и с другой стороны моментально взобрался наверх. Повиснув на руках на краю балкона, подслушал весь секретный монолог «стукачка», а потом эффектно появился, словно чертик из табакерки…

А чуть позже он внимательно выслушал рассказ расколовшегося «сталкера». Как всегда в таких ситуациях, все оказалось будничным и прозаичным, если не считать сюрреалистического антуража с мутировавшими тварями и разумными молекулами вокруг. Роман был оперативным сотрудником ФСБ, засланным сюда с определенной задачей. Господа наверху, ни много ни мало, задались целью законтачить с Роем. Да-да — с самим Роем! Как это сделать, они не знали, но, наслушавшись восторженных рассказов профессора Нахимова о сверхспособностях Алексея Меркурьева, решили, что ключ к диалогу с новыми разумными существами — у бывшего журналиста. Научный авторитет профессора был бесспорен.

Это они, конечно, попали в точку. Правда, одного не учли: что назначенный ими посредником между людьми и нановитами добрый молодец может попросту послать их куда подальше. Что Проводник и поспешил сделать, с довольной миной сообщив разоблаченному агенту свое мнение на этот счет. Оно, это мнение, конечно, секретного агента не обрадовало. Но он и бровью не повел. Молча выслушал и завел шарманку по новой.

— Послушайте, Алексей, — принялся он убеждать Проводника, — это ведь не наша с вами прихоть. И даже не личные амбиции и планы — как у моих спутников. Они-то как раз настоящие авантюристы, желающие захапать побольше хабара. Речь идет о людях! Человечество еще никогда не сталкивалось с кем-то, кто обладает таким же развитым сознанием. Это же переворот во всем нашем нынешнем бардаке!..

Он замолчал, чтобы отдышаться. Этим воспользовался Проводник. Он невесело усмехнулся и сказал:

— А вот пафос здесь неуместен. Я не хуже тебя, Роман, понимаю, чем это может обернуться для человечества. И, в отличие от твоих боссов, осознаю всю степень угрозы. Так что свои радужные планы и надежды пусть засунут себе глубоко в гудок. Рою по хрену долбаные земные правители. И вообще здесь, на Земле-матушке, люди ему не нужны. Планета будет принадлежать нановитам, их носителям зомби и небольшой группке сверхлюдей — так он решил, этот хренов Рой. Я с ним уже имел сомнительную честь общаться. И все сразу понял. А лапшу на уши вешать — это и Рой умеет, причем почище нас, мудаков. Так что забудьте, ребята, о разных глупостях — вы ж не наивные гимназистки! Вопрос надо ставить так: успеем ли мы и сможем ли вообще уничтожить Рой или хотя бы изолировать его?.. Хотя последнее вряд ли осуществимо технически. Вы же не сможете возвести над городом сплошной гигантский купол…

Спецагент смутился. Не нравился ему оборот, который принял их разговор. И поделать он ничего не мог — Проводника ему было не переубедить. Неужели его миссия провалилась?.. На помощь ему пришел сам Проводник.

— Знаешь что, — сказал он, — ты сообщи своему командованию, что операция находится на стадии разработки. Типа ты меня вовсю разрабатываешь… и обрабатываешь, — весело оскалился он. — Короче, тяни пока время, а там видно будет. Легенда тоже остается прежней: вы пришли сюда бомбить Сбербанк… ну, и так далее.

Он схватился за перила балкона:

— Ну, мне пора!.. Будь на связи… — И, перемахнув через ограждение, сиганул вниз.

Но пока Проводник бежал к сталкерам, в его голове крутилась одна мысль. А может, Рой уже просек поползновения тех, кто управляет странами и народами? И поэтому все еще не бросил в наступление свою крылато-пернатую армию?.. Ведь если б зараженные нановитами насекомые и птицы разлетелись по округе, власти уже давно забили бы тревогу. А этого не было.

Но как Рою стало об этом известно?..

2

Внутри Центрального отделения Сбербанка было тихо и сумрачно. Алексей вслушивался в пространство вокруг и на этот раз не мог понять — есть тут что живое, а тем более враждебное, или нет… Привычные флюиды, исходящие от людей или зомби, не ощущались. Но присутствовало нечто другое — такое, что не было никакой возможности правильно классифицировать. Может, звери? Животные-мутанты вроде тех псов, от которых он некогда спас Рыжика?..

Надо было все проверить самому и не подвергать людей лишнему риску. Проводник двинулся по коридорам первого этажа. Двери кабинетов повсюду были заперты — оно и понятно, раньше тут царила жесткая дисциплина, сотрудники подчинялись всяким правилам и требованиям под страхом увольнения. Алексей не любил подобные учреждения — сраная корпоративная солидарность и прочая лабуда! Люди — жалкие винтики в гигантском механизме. Нет, все-таки у них, в редакции, царил дух совсем иной солидарности — все были дружески настроены и свободны… относительно свободны, конечно.

Его размышления прервал сильный сигнал, кольнувший мозг. Бляха-муха! Ну точняк — кто-то здесь все же обитает. Кто-то другой — не зомби. И не хомо сапиенс… И было непонятно: опасно это существо или нет? Одно оно, или их целая рать, или, правильнее, стая?..

Ранее Алексею казалось, что он может различать лишь сигналы, исходящие от существ с развитым мозгом, то есть обладающих сознанием. Таковых было два вида — человек разумный и зомби нановитный. А вот теперь еще это… Животные-зомби таким разумом не обладали, но в них присутствовал Рой, миллионы нановитов, а посему их тоже мог чуять уникум Меркурьев. Выходит, это какое-то животное, ставшее частью Роя…

Он осторожно двинулся вверх по лестнице, вдоль стены. На втором этаже царило такое же пыльное безмолвие. Полумрак длиннющего коридора скрывал перспективу дальних углов. Проводник крадучись пошел направо, мягко пробуя дверные ручки. Везде заперто. Достиг конца коридора и повернул обратно. Миновал проем выхода на лестницу, опять принялся проверять двери. Ближе к другому концу этажа одна из ручек поддалась… он глубоко вздохнул и резко распахнул дверь.

Вот блин! Никого… Ладно, идем дальше.

Второй этаж разочаровал. Проводник потопал на третий. Там, кроме пыли, тоже ничего не обнаружилось. Два кабинета были не заперты, но безнадежно пусты. «Ничего, ничего, — усмехнулся Алексей, — кто бы ты ни был, все равно попадешься мне… Теперь поднимемся на четвертый».

На четвертом этаже располагался большущий конференц-зал. Ну еще парочка-другая подсобных помещений. И здесь никого не наблюдалось. Все же Меркурьев не поленился и обошел весь зал, заглянул в кабинеты… Чисто!

Проводник поднялся на пятый, и с его появлением в этом месте что-то неуловимо изменилось. В следующее мгновение он понял, что именно: заметно усилилось ощущение постороннего в здании, где-то рядом, уже совсем близко… Он замер у проема, внимательно оглядел обе стороны коридора. Визуально никто и ничто пока не обнаруживалось. Тогда он принялся вслушиваться в свои ощущения.

Через минуту перед внутренним взором появилась картинка: некто очень массивный и чрезвычайно опасный — в одной из комнат в левом крыле. Проводник резко открыл глаза и тут же в конце коридора появилась внушительная фигура… Судя по очертаниям, это был человек, во всяком случае — гуманоид, только очень крупный, настоящий гигант.

Проводник вперил в него острый взгляд — глаза его угрожающе сузились. Существо в тридцати метрах от него не двигалось, лишь молча пялилось на человека в коридорном полумраке. Пора было принимать решение, но другого выхода, кроме как принять бой, не было. Меркурьев с места ринулся в атаку.

Дальше произошло неожиданное. Темная фигура резко развернулась и метнулась назад — в тупик.

А потом гуманоид выпрыгнул из здания, просто вынеся собою кусок стены. Вступать в конфликт с человеком-мутантом он явно не собирался.

Проводник обомлел. Он подбежал к пролому, заглянул вниз — асфальт был густо усыпан обломками кирпичей да кусками штукатурки. А непонятного существа и след простыл.

Выходит… Блин! Алексей вспомнил недавний случай нападения на колонну эвакуаторов. Когда он подоспел, все уже было кончено. Повсюду валялись трупы. Вот тут-то и заметил он нечто странное. Были здесь и посеченные крупным калибром тела тварей, были и разорванные снарядами… Но больше всего — трупаки врагов с раздробленными конечностями и проломленными черепами. Такое может сделать только существо, намного превосходящее зомби по силе и в проворстве. Не то ли самое, что повстречалось минутой ранее?.. И которое так напоминает одного человека — бывшего человека…

3

Когда в окне показался Проводник и несколько раз махнул рукой, сталкеры короткими перебежками рванули вперед — не прошло и минуты, как они очутились внутри здания Сбербанка. Проводник поманил их за собой со словами:

— Айда, я знаю, где вход в хранилище, тут рядом…

И впрямь, миновав просторный зал, где раньше банковские служащие работали с клиентами, они очутились в служебных помещениях. Пройдя половину длинного коридора, остановились возле массивной двустворчатой металлической двери. Это и был вход в хранилище.

Меркурьев постоял с полминуты, задумчиво рассматривая неодолимое с виду препятствие. И пожалел, что у него нет способности вскрывать любые замки. Ну что ж, мы пойдем другим путем.

Проводник еще раз осмотрел дверь. Подошел ближе и легонько так, почти нежно ударил по ней ладонью, да, видать, все же не рассчитал: металл жалобно загудел, по краям дверной коробки посыпалась штукатурка. Тогда Алексей хмыкнул и взял в руки загодя прихваченную с собой кувалду.

— Отойди-ка, мужики! — скомандовал он, примеряясь для удара.

Сталкеры уважительно расступились.

Проводник размахнулся и вдарил от души чуть левее от бронированного входа в подвал. И с первого же удара вынес кусок стены. Затем еще пару раз махнул молотом — сверху и снизу, расширяя пролом.

Когда улеглась пыль, стало видно, что дело в общем-то сделано — в образовавшийся проем можно было вполне протиснуться. Что грабители и не замедлили сделать.

Сильные фонари осветили просторное помещение подвала под зданием. Правое крыло занимали подсобные помещения — комнатки, которые отделяли друг от друга перегородки. Посередине, напротив входа, виднелись мощные металлические ворота подъездного пандуса, выходящего во двор. А слева помещение было перегорожено бетонной стенкой с внушительной бронированной дверью по центру. Ага, искомый объект.

Проводник первым приблизился к двери в хранилище. Постоял перед этой махиной, подумал и обрушил тяжеленную болванку кувалды на стену рядом с дверью. Откололся кусок бетона, брызнула во все стороны цементная крошка.

Меркурьев скептически осмотрел дело своих рук. И остался недоволен. Повернулся к остальным и махнул им:

— Нужна ваша помощь. Подолбим стеночку вместе. Во дворе я приметил гаражи. Гляньте, что там, найдете что-нибудь тяжеленькое — хватайте и дуйте сюда. Только тихо там, без шума и пыли!..

Сталкеры кинулись наверх, а Проводник продолжил долбежку. Вскоре те вернулись, неся еще одну кувалду и пару ломиков.

Преграда оказалась толще, чем они думали. За нехилым слоем бетона обнаружился двойной ряд кирпичей. Потом снова бетон. Пока добрались до хранилища, умаялись вконец. Проводник велел сделать перекур — пусть пыль осядет.

Когда вошли внутрь, увидели ряды стеллажей — на них аккуратными столбиками высились тускло отсвечивающие золотые слитки. А дальше — металлические шкафчики и сейфы, надо думать, тоже полные ценностей и бабла…

Взломать шкафы-сейфы оказалось делом нетрудным. Дорожные сумки и рюкзаки мародеров вскоре были доверху набиты пачками денег и тяжелыми брусками. Но, как ни велика была жадность, все утащить они не могли просто физически. Оставили на потом — в надежде, что еще раз вернутся. Но, как вскоре выяснилось, надеждам этим в будущем не дано было осуществиться.

Они уже двинулись на выход, когда Проводник поднял руку, призывая остановиться. Он склонил голову, будто к чему-то прислушиваясь, лицо его приобрело хищное выражение. Сталкеры встревоженно смотрели на него — ждали, что за этим последует. Последовало витиеватое ругательство.

— Они здесь, — глухо произнес Проводник. — Твари… Обложили нас. Твою мать!..

Причина злиться у него имелась: уроды сумели каким-то образом подкрасться, прежде чем он их учуял. Это был серьезный просчет. Может, толстенные стены подвала-хранилища помешали своевременному обнаружению врага? Хрен знает… Теперь надо было думать, как выбраться отсюда — без потерь, да с хабаром.

Все ли пути перекрыты? Нет, не все: когда выбрались наверх и вошли в зал на первом этаже, Алексей просканировал окружающее пространство. Был один путь отхода. Был, зараза!.. Только вот…

— Слушай сюда, мужики, — молвил Проводник, — у нас всего один шанс остаться целыми, да еще хабар вынести. Нужно сделать все правильно, поэтому поступим так…

Он объяснил им их задачу. Все дружно закивали — поняли. Проверили еще раз оружие, подогнали снарягу, укрепили на спинах баулы с награбленным…

— Ну все! — Проводник дал отмашку. — Форвард! И — нах хауз…

4

План Проводника был прост. Оставалось лишь одно свободное направление, по которому группа могла уйти. Точнее, и там были зомби, но мало — всего-то пять тварей. Положить их — и все, путь свободен.

При условии, что остальную ораву отвлечет и задержит кто-то. Этим кем-то вызвался быть Проводник. По-другому улизнуть было невозможно.

В отличие от своих спутников Меркурьев был безоружен — если не считать увесистой кувалды. Но и это могло стать грозным оружием в умелых руках. А у начиненного нановитами сверхчеловека руки были очень умелые — как и все остальное, впрочем. С воинственным кличем он выскочил из дверей банка, первым же ударом снес башку близко подошедшей к зданию твари и ринулся в самую гущу мерзких существ…

В это время четверо сталкеров с оружием наперевес выпрыгнули из окна с торца здания. Не дав ошивавшимся там зомби опомниться, открыли по ним беглый огонь. С ходу расстреляв монстров, бросились в заранее намеченном направлении. А за их спинами слышались звуки яростной битвы.

Проводник словно обезумел: вошел в раж подобно берсерку. Неистовство боя — хруст проламываемых черепов, брызги крови, отчаянный вой умирающих уродов — все это только подстегивало казавшегося неуязвимым воина. Но абсолютно неуязвимым он, конечно же, не был. Один из монстров успел выставить перед собой автомат и всадить в него целую обойму. Алексей словно наткнулся на невидимую преграду. Осел наземь, с удивлением рассматривая пробитую грудь, откуда обильно сочилась кровь. Хотя свое оружие из рук так и не выпустил. Наоборот, из последних сил махнул молотом и подсек еще одного зомби — перебил ему ноги.

Потом он метнул кувалду в расстрелявшего его стрелка — да так, что оружие застряло в проломленной грудной клетке врага. А сам на полусогнутых кинулся прочь. Скорость, несмотря на временную слабость во всех членах, развил крейсерскую. Поэтому легко оторвался от преследователей.

Он нашел себе укрытие и какое-то время отдыхал, привалившись спиной к стене. Понимал, что ему необходимо время, чтобы залатать дырки от пуль и восстановить ткани. Одним словом, чтобы навести порядок в покалеченном организме. Вообще-то от таких ран люди не выживают — сразу копытятся или примерно за несколько минут. Но то — люди…

Ему понадобилось полчаса, чтобы полностью выздороветь. Затем он достал рацию и связался с базой. Узнал, что сталкеры благополучно добрались до дому, до хаты…

— Там и сидите, — велел он. — Никуда не высовывайтесь. Ждите меня. Как понял?

— Все понял, — ответил Роман. — Будем ждать в Башне.

Вскочив на ноги, Алексей легкой трусцой побежал на юг — в сторону Бастиона. Мысль одна возникла — решил проверить.

В сущности, он был не так уж далек от территории вокзала. И если б взял курс чуть в сторону — на запад, то обязательно бы натолкнулся на группировку вокзальных, а вместе с ними — на группу Подольского. Но, видно, судьба не захотела свести его с последними оставшимися в Зоне людьми (сталкеры не в счет — сами приперлись сюда недавно). Тем самым участь этих людей была предрешена…

Проводник прокладывал себе путь, точно опытный лоцман, выводящий судно из залива в открытое море. И здесь хватало своих подводных скал и мелей, коварных течений и пятен с мертвой водой. Местность повсюду так и кишела порождениями Роя. Полагаться на удачу здесь было нельзя: внутренний локатор Меркурьева работал в полную силу, сканируя пространство вокруг на добрые сотни метров.

Так, без всяких приключений, он добрался до подступов к территории некогда крупнейшей группировки людей в обреченном городе. «Радар» просто зашкаливало: все тут просто пропахло зомби и нановитами. «Вот где очаг, вот где их улей!» — злорадно подумал Проводник. Сюда бы парочку бомб с напалмом, а можно и не парочку… Долбануть бы хорошенько — чтоб всю заразу выжечь подчистую. Да только толку от этого ноль. Это Проводник прекрасно понимал. Нановиты повсюду. Уничтожишь одних уродов, канальи найдут себе новых носителей. Не-ет! Нужно придумать что-нибудь более радикальное.

Если это разум, значит, должен быть центр, сердцевина всего наноскопического образования — Роя, язви его в кочерыжку! Хоть и сетевой он, разум этот, но не может быть, чтобы управляющего центра не было. Средоточия всей этой бодяги…

Отчего-то Рой представлялся теперь Меркурьеву в образе Кощея Бессмертного. Но ведь и у Кощея было уязвимое место. Он бессмертный-то был только с виду. А смерть его покоилась где-то на конце иглы. Так где же смерть Роя? Как добраться до пресловутого яйца, в коем заключена основа основ новой формы жизни?..

С такими думами он подобрался поближе к Бастиону — бывшему зданию областного управления МЧС. Ага — вот оно, гнездовище ихнее. А это что? Ну конечно, обелиски египетские…

Сказать, что Проводник удивился, увидев пирамиды, значило погрешить против истины. Он ожидал обнаружить здесь эти чертовы сооружения — причем именно такие, выше виденных им ранее. Другой вопрос, что эти эволюционировали раньше, явив миру свою настоящую сущность, а именно — сущность неких биоагрегатов, в которых происходила трансформация материи. Выходит, прав оказался слегка свихнувшийся от ужасов Зоны биолог Рябинин. Это и впрямь были реакторы Роя.

Картина, открывшаяся Проводнику, могла свести с ума даже самых невозмутимых профи. Вся покатая поверхность переливающихся серо-зелеными оттенками пирамид была облеплена телами зомби. И, судя по их шевелению, они не были мертвы. Скорее — они превращались. В кого? Пока не ясно. Но явно в нечто очень нужное Рою и, стало быть, чрезвычайно опасное для всех остальных жителей планеты.

Проводник увеличил изображение, усилием воли приблизив картинку. По телам тварей пробегали волны, словно сам воздух над ними колыхался, струился переливчатыми потоками то ли плазмы, то ли газа… Сразу и не разберешь — что за зверь такой там копошится. Полчища разумных молекул — нановитов выполняли какую-то работу. Реакция шла полным ходом, и вскоре на свет появятся новые существа — это Меркурьев понял отчетливо. Никак не мог докумекать только одно — каких именно тварей рождает на сей раз Рой?..

Ну да ладно, поживем — увидим. С этой мыслью Проводник оторвался от завораживающего зрелища и поспешил убраться отсюда подальше. Путь его лежал в Башню.

Сталкеры выглядели довольными… и расслабленными. А вот это зря — Проводник знал и помнил, что именно из-за неуместного здесь пофигизма полегло столько народу. Поэтому он хмуро покосился на беспечно галдевших мужиков, увидел унылую физию их вожака, и… настроение разом улучшилось. Ага — скис спецслужбист, сдулся как шарик. Что-то нет радости в глазах тайного агента — и хабар не радует, а ведь ему после дележа достался хороший куш. Если учесть, сколько они взяли с этой вылазки.

Но нет, у шпионов свои заморочки — им, понимаешь, надобно поставленную задачу выполнить во что бы то ни стало. Завербовать его, Проводника, и склонить на свою сторону Рой. Одним махом семерых побивахом! Вот, блин, сказочники!.. С такими замашками они и Луну скоро приватизируют. А что — запросто! Перечирикают с Роем посредством уникума Меркурьева, потом пошлют туда зомби-космонавтов: Рой специально для них настругает солдат, которым и воздух не нужен. Раз плюнуть!..

Алексей хмыкнул: ничему людей не учит их собственная история. Все дело в правителях — и в их амбициях. А может, черт с ним, с Роем? Пусть на хрен завоюет всю Землю, превратит всех в своих рабов — раз они такие непроходимо тупые! Да и хрен с ним, с человечеством! Чего о нем думать, чего переживать?! Он, супербоец и сверхчеловек, выживет в любых условиях. Рою он не по зубам. А остальные пусть…

Алексей скрежетнул зубами: не может он так. К счастью или к сожалению, но не может и все! Привязан он к людям, невидимыми узами связан с человечеством этим неблагодарным и неблагородным. Говно людишки, а вот ведь жалко их. Погано представить даже, что вся планета превратится в обиталище полуживых-полуразумных тварей. В самый настоящий ад!..

На хрен такую альтернативу!

Проводник от волнения даже вскочил и вышел на балкон — тесно ему стало в помещении, душно… Ракитин и Подольский его бы поняли.

Неожиданно мысли его переключились на другое.

Часом ранее обследовавшие Башню сталкеры наткнулись на запертую комнату в подвале. Там обнаружили заначенный кем-то провиант. Судя по маркировке, продукты явно из армейского запаса. Проводник все осмотрел, поразмышлял недолго и пришел к однозначному выводу: привозное. У беженцев с базы МЧС такого не было. Значит, доставили эвакуаторы. Но зачем бросили? Выходит, кто-то здесь остался. Кто же иной, как не Подольский со своими бээсниками! Ведь он еще тогда признался Алексею, что не уйдет со всеми, не место ему на Большой земле.

Значит, Валера и его орлы были здесь, а потом решили перебазироваться. Куда? Это Меркурьев собирался выяснить в ближайшие дни.

Он посмотрел на багряный закат — уже поздно, никуда не хочется тащиться, да и день выдался трудный. Даже для него, неутомимого супера, тяжелый был день. Пожалуй, он и в бункер не будет возвращаться, переночует со сталкерами. Заодно подстрахует их, а то что-то они раздухарились…

С утра Проводник покинул Башню, ушел в поиск — на север, в сторону Чернореченска. Прорыскал там до полудня, но так никого и не обнаружил, кроме тварей этих роевских. Они-то как раз были повсюду — чем-то там своим занимались, копошились, чего-то высматривали… Горожане, блин! Добро пожаловать в Зомбиленд! Вход бесплатный. Выход не предусмотрен. Полную переделку мозгов и апгрейд тела гарантируем…

Проводник ни с чем вернулся обратно. Правда, в одном месте, возле городского цирка, заметил три небольшие пирамиды. Тоже почти готовые к работе. Взял это на заметку. Но больше ничего интересного.

Так где же Валера? Куда забурился так глубоко, что даже со своими сверхспособностями он, Проводник, не может его обнаружить?.. Хм, а может, и впрямь — глубоко, то бишь под землю? Может, они коллектор облюбовали — сидят сейчас там, а ночью вылезают наружу…

Проводник слегка перекусил — сталкеры как раз полдничали. Вышел на балкон подышать свежим воздухом, подумать в одиночестве. Но подумать не удалось. Не успел сделать пару глубоких вдохов, как в сознании возник сигнал тревоги. И тут же до его слуха донеслись резкие отдаленные звуки, внезапно распоровшие тишину.

librolife.ru

Читать онлайн "Последний переход" автора Глуховцев Всеволод Олегович - RuLit

2. В целях обеспечения режима секретности данная часть должна представлять собой объект Ракетных войск стратегического назначения. Об истинном предназначении части должны быть осведомлены исключительно её командир и начальник особого отдела…..

Дальнейшее несущественно.

* * *

8 сентября 1984 г.

Южный Урал, Башкирская АССР

Командир воинской части № 52205 – высокий, худощавый подполковник – посмотрел на циферблат и решил, что на сегодня хватит. Двадцать часов двенадцать минут.

Только что подполковник выслушал доклад дежурного по части, из коего явствовало: на территории всё обстоит благополучно, за исключением того, что начальник технического склада прапорщик Дудаков втихаря нажрался казённого спирта, в данный момент пребывает в состоянии полного недоумения на одном из стеллажей своего склада, и привести его в какой-то более или менее вразумительный вид не представляется возможным.

Прапорщик Дудаков являл собой редкий случай в этой дивной касте военнослужащих: за пятнадцать лет службы он не украл и не потерял ни одного винтика, ни одной канцелярской скрепки, на складе и в документации у него царил идеальный порядок. Что же касается спирта, то, очевидно, прапорщик воспринимал его не как материальную, но как духовную ценность. Но и её он не украл ни грамма за эти пятнадцать лет! Всё добросовестно потреблялось им на территории части. За недостачу не волновался: знал, что начальство его ценит и в любом случае покроет.

Новостью это не было, потому подполковник выслушал спокойно, кивнул и распорядился так:

– Запереть паразита! Сообщите жене, что живой. А как проснётся, не открывать, опохмелиться не давать. Будем воспитывать.

– У него там наверняка заначка есть, – грустно сказал лейтенант, дежурный по части.

– Ну чёрт с ним, всё равно пусть сидит.

И вот теперь, кажется, можно идти домой.

Командир запер кабинет, стал спускаться по лестнице. От какого-то неловкого движения кольнуло в животе, подполковник покривился: проклятый гастрит! Так и не удалось залечить.

Идя по коридору, он с горечью думал о том, что по-настоящему лечиться некогда, даже в отпуске; а этот чёртов гастрит того и гляди перерастёт в язву, и как тогда быть?.. Да как! Никак. Кому, на хрен, нужен полковник, а тем паче генерал с язвой желудка! Да ещё на такой службе…

На выходе дневальный вскинулся, засуетился:

– Здравия желаю, товарищ подполковник!

– Здрав, – ответно буркнул командир. – Все ушли?

– Никак нет, товарищ подполковник! Начальник особого отдела у себя.

Ничего странного. Особист большую часть служебного времени проводил в кабинете и частенько задерживался по вечерам. Командир секунду поколебался…

– Зайду к нему, – решил он вслух.

Особый отдел находился, разумеется, в самом дальнем и тёмном углу штаба. Полы там были страшно скрипучие: чтобы даже через дверь было слышно, что по коридору кто-то идёт.

Подполковнику таиться не было нужды, он прогрохотал по доскам точно рота почётного караула, и не успел стукнуть в обитую железом дверь, как та распахнулась.

Командир хотел было пошутить насчёт особого чутья особистов, но все шутки мигом замерли на языке, когда он увидал лицо товарища по службе.

– Заходи, – чуть заплетающимся языком выговорил капитан и пропустил командира к себе.

Впрочем, ничего капитанского сейчас в особисте не было. Расстёгнутый воротник, рубашка без погон, скособоченный галстук, светлые волосы растрёпаны, глаза воспалены… «Пьян», – понял командир и как-то сразу понял, отчего тот пьян.

И это понимание накрыло подполковника такой тёмной, глухой и беспросветной тоской, от которой никакого спасения, и никакая водка, никакой коньяк…

– Понял, значит, – хмельно усмехнулся капитан.

– Чего ж не понять, – подполковник присел к столу, снял фуражку. – Сведения точные?

Вопрос пустой, и командир сам это знал. Спросил от тоски. Капитан тоже знал это, он усмехнулся вторично.

– Вчера запросил лабораторию. – Он сел. – Сегодня получил ответ. Предположения мои, узы, подтвердились.

– «Седьмое небо»?

– Да.

На несколько секунд повисла пауза. Командир взял из письменного прибора карандаш, стал бессмысленно вертеть его в пальцах.

– Выпьешь? – запросто предложил особист.

– Нет. – Подполковник мотнул головой. – Гастрит, зараза… Обострение, что ли.

– А-а, – с сочувствием протянул капитан. – А я смотрю, что-то ты похудел. Заметно.

– Ну а с чего жиреть-то! – с. неожиданной злобой сказал командир. – То нельзя, это нельзя… Одни каши жру, как младенец какой сраный… чтоб его!

Карандаш громко хрустнул. Командир удивлённо посмотрел на обломки, понял, что сломал хрупкий предмет и устыдился.

– Извини. – Он бросил обломки в урну.

– Да чего там. – Особист махнул рукой. – Ясно всё… Ну а я тогда, с твоего позволения…

– Давай.

Капитан вынул из сейфа бутылку, стакан, налил.

– Ух-х, – выдохнул он. – Хотелось бы сказать, да нечего…

И запрокинул стакан.

После этого он долго нюхал корку чёрного хлеба, глаза покраснели. Подполковник же стал смотреть на голую стену, потекли вялые мысли о том, что, может, удастся слинять в госпиталь, там отлежаться, благо повод есть…

– Что ты предпринял? – спросил он, не глядя на капитана.

– Что и всегда, – ответил скучный голос. – Сообщил своему начальству. Теперь, думаю, надо ждать варягов.

– Замаскированных?

– Ну конечно.

– Ясно. Всё на этом?

– А что ещё остаётся?..

– М-да, – Подполковник взглянул на капитана. – Не пей больше. Заметно.

– Знаю. – Капитан откусил полкорки. – А почему ты спросил: всё, мол, на этом?

– А что, не всё?

Капитан пожал плечами.

– Да нет, всё, – и увёл взгляд.

Командир не пожелал знать, чего там темнит особист. И без того тошно.

– Ладно, – сказал он. – Закрывай свою лавочку, и идём по домам.

…Этому не было названия. Можно сказать, что это было невыразимо прекрасно. Теплый, неуловимый для глаз свет, куда более нежный и утонченный, чем солнечный, – он сам был целым миром, бесконечным и безграничным. И оттого, что он есть, сердце обмирало и хотелось плакать от счастья…

Впрочем, какое-то название все же было. Правда, оно никак не вспоминалось. Что-то очень знакомое, много раз слышанное и читанное, оно крутилось, крутилось рядом, но так и не вспоминалось. А кроме того, в этот дивный и счастливый свет вкралось какое-то недоразумение. Что-то стало не так в чудесной бесконечности, а что – никак не угадывалось, только раздражало…. Но вот зазвучало отчетливее и наконец оформилось в дребезжание, издалека идущее сюда, ближе, ближе….

Егор проснулся.

И понял, что это звонит телефон.

Он понял это ещё с закрытыми глазами. Открыл – и увидел знакомый потолок над собой. «Побелить бы…» – рассеянно подумал он.

Телефон упорно звонил. Егор протянул руку, взял трубку:

– Слушаю, – сказал хрипловатым со сна голосом.

– Дрыхнешь долго, князь! – радостно заорали на другом конце провода.

Это был Пашка Забелин – старый, еще со школы, друг.

Прокашливаясь, Егор покосился на часы. Будильник показывал 8.20.

– Пусть пролетарии встают с зарей, – ответил он.

Пашка там, у себя, громко захохотал:

– Кто рано встает, тому Бог подает! А ты, блин, так все на свете проспишь.

– Все не просплю, – буркнул Егор. – Ладно, ты чего в такую рань трезвонишь, война началась?

– Ну, скажем, не война, а поход! Труба зовет! Трум-турум-турум!

– Слушай, трубадур, – сказал Егор с неудовольствием. – Ты опять за свое. Я же тебе сто раз говорил…

– Э, нет, нет! – Пашка даже слушать не захотел. – Это я тебе сто раз говорил, что я тебя, байбака, из твоей норы вытащу, и я вытащу…

www.rulit.me


Смотрите также